ЧЕХИЯ, ПРАГА – Президент Чехии Павел не поменяет своего отношения к министру Ракушану из-за зашифрованного телефона

Президент Чехии Петр Павел не планирует менять свою позицию в отношении министра внутренних дел Вита Ракушана (партия СТАН), увольнения которого в правительстве требует сильнейшее оппозиционное движение АНО из-за зашифрованного телефона.

Президент Чехии Петр Павел не планирует менять свою позицию в отношении министра внутренних дел Вита Ракушана (партия СТАН), увольнения которого в правительстве требует сильнейшее оппозиционное движение АНО из-за зашифрованного телефона. 

«Господин президент не располагает официальной и достоверной информацией, которая могла бы побудить его пересмотреть свое предыдущее заявление. И содержание письма председателя Бабиша этого не меняет», - сообщили в Пражском Граде. 

В четверг АНО объявило, что собрало достаточно подписей, чтобы инициировать вотум недоверия правительству по поводу продолжения пребывания Ракушана на посту министра внутренних дел. В то же время президент парламентского клуба Алена Шиллерова заявила, что пока не будет подавать подписи в Палату представителей. 

Премьер-министр Петр Фиала уже заявил в среду, что не намерен встречаться с Бабишем из-за Ракушана. Он не видит причин увольнять министра внутренних дел из правительства. По мнению Фиалы, это еще один предлог, который в первую очередь отвлекает внимание от проблем самого Андрея Бабиша. Его даже не беспокоит возможный вотум недоверия, по его словам, угрозы падения правительства в таком случае нет. 

Ранее в Палате представителей Вит Ракушан заявил журналистам, что практически не пользовался зашифрованным телефоном, поскольку после вступления в должность в правительстве у него появилось другое безопасное средство связи. 

«Не важно, каким телефоном вы пользуетесь, важно, с кем вы разговариваете», — отметил он.

Ракушан купил устройство из-за «реального подозрения», что в помещении офиса кто-то подслушивает. По его словам, информация с проходивших в нем разговоров удивительно быстро доходила до публичного пространства, хотя их действующими лицами было минимум людей.